Особенности формирования и развития политической элиты Приднестровья

Во Введении обоснована актуальность темы исследования, охарактеризована
степень ее научной разработанности, определены объект и предмет, цели и задачи
работы. Приведена методологическая база, сформулирована научная новизна,
перечислены выносимые на защиту положения. Аргументирована теоретическая и
практическая значимость. Представлены сведения об апробации полученных
результатовдиссертационногоисследованиявнаучныхпубликацияхи
выступлениях на конференциях, а также в рамках преподавательской деятельности
автора.
Первая глава «Основные теоретические подходы к формированию,
функционированию и оценке эффективности политической элиты» состоит из
трех параграфов.
В первом параграфе «Определение, структура и функции» приводятся
концептуальные положения, связанные с теорией политических элит, их местом в
социально-политическойструктуреобщества,атакжеструктуройданного
феномена.Обосновываетсятрехуровневаяструктураполитическойэлиты
(политическая элита в узком смысле, а также два политических подкласса).
Проанализированы различные понятия, которые используются в политической науке
– «политическая элита», «политический класс», «правящий класс» и другие, которые
в той или иной степени используются для обозначения узкого круга лиц,
уполномоченных принимать общегосударственные решения.
Обосновывается в качестве общего определения понимание политической
элитыкакограниченногокругалиц,способныхпринимать,исполнять
общегосударственные решения, контролировать их принятие и выполнение от имени
всего государства и его населения согласно законодательству, влиять на выработку
таких решений, а также нести ответственность за свои действия в рамках правовых
норм и в соответствии с существующей политической системой.
Проводится анализ ключевых функций политической элиты, среди которых
управленческая, стратегическая, лидерская, прогностическая, организационная, а
также функция ситуативного реагирования и др. Подчеркивается, что значимость
тех или иных функций не является предопределенной и может меняться в
зависимости от конкретной ситуации, с учетом текущих и потенциальных вызовов.
Во втором параграфе «Концептуальные направления в исследовании элит»
исследуются эволюция и уровни в теоретических подходах к изучению элит. Автор
обосновывает существование двух базовых уровней – институционального и
субстантивного, выбор которых зависит от целей того или иного исследования.
Институциональныйуровеньохватываетразличныетеории,связанныес
взаимодействиеммеждууправляющимменьшинствомиуправляемым
большинством, в первую очередь в отношении политической элиты как
самостоятельного института. В рамках субстантивного уровня центральным
является вопрос о том, какие характеристики, ценностные или структурно-
функциональные, являются наиболее значимыми для характеристики феномена
политических элит.
Структурно-функциональный подход позволяет обособить соответствующую
группу лиц на основе их формального положения в общественно-политической
иерархии, однако данного подхода недостаточно для всестороннего исследования
института политической элиты. В связи с этим обосновывается возможность и
целесообразность дополнения структурно-функционального подхода параметрами,
предлагаемыми ценностным подходом, в первую очередь для определения качества
и эффективности политической элиты.
В третьем параграфе «Основные механизмы формирования и методы
оценки эффективности политических элит» приводятся основные способы
(каналы) рекрутирования политических элит. Исследуются общие черты и различия
между основными моделями рекрутирования элит, с акцентом на открытые и
закрытые типы рекрутирования, а также на необходимость существования
действенных социально-политических лифтов в обществе.
Обосновывается возможность градации критериев качества и эффективности
политической элиты в зависимости от их отраслевой принадлежности. Предлагается
выделятьнепосредственнополитические,математические,нормативные
(организационные), а также иные критерии. Раскрывается значение таких критериев
разной отраслевой принадлежности, как возможность свободного рекрутирования
членов политической элиты, а также индекс человеческого развития, децильный
коэффициент и уровень доверия, поскольку они позволяют оценить эффективность
как комплексного функционирования политэлиты, так и выполнения ею отдельных
функций.
Обращается внимание на сложность выделения универсальной системы оценки
качества(эффективности)политическихэлит,посколькутакуюоценку
целесообразно проводить через призму конкретных функций, выполняемых элитой,
Соответственнообосновываетсято,чтомногообразиефункцийэлиты
предопределяет разнообразие методов для оценки качестве и эффективности
выполнения элитой своих функций. Исследуется вопрос о том, что выделение и
имплементация различных критериев может иметь определяющее значение для
применениякпредставителямполитическойэлитыразличныхформ
ответственности, включая политическую, юридическую, моральную и другие
формы.
Вторая глава «Динамика развития и особенности политической элиты
Приднестровья» состоит из четырех параграфов и посвящена анализу конкретных
особенностей формирования, развития, рекрутирования, структуры политической
элиты Приднестровья, динамике ее взаимодействия с другими социально-
политическими институтами и других аспектов.
В главе мотивируется градация этапов развития приднестровской политической
элиты на такие этапы, как:
– формирование политической элиты Приднестровья в условиях дезинтеграции
Советского Союза (1989 – 1992 гг.);
– институционализация политической элиты Приднестровья (1992–2000 гг.);
– самодостаточность и профессионализация политической элиты Приднестровья
(2000–2011 гг.);
– современный этап (с 2012 г.).
Каждый этап развития политической элиты Приднестровья анализируется через
призму таких параметров, как состав, ее приоритетные функции и интересы;
механизм формирования и основные каналы рекрутирования; значение для
политической системы и приоритетные функции; взаимодействие с политическими
партиями.
Первый параграф «Формирование политической элиты и региональной
идентичности в Приднестровье: общий контекст и предпосылки» охватывает
начальный период формирования приднестровской политической элиты в условиях
дезинтеграционных процессов в Советском Союзе и формирования новых
государств на постсоветском пространстве.
Особое внимание уделяется исследованию вопроса о том, что на момент
распада Союза ССР на территории Приднестровья не было собственных
надрайонных управленческих структур, поэтому не возникло правопреемства новой
политическойэлитывотношениипрежнейпартийно-государственной
номенклатуры.Приднестровскаяполитическаяэлитаформировалась
преимущественноизпредставителейконтрэлиты,основойкоторойстало
забастовочное (протестное) движение конца 1980-х гг.
В работе верифицировано, что формирование приднестровской политической
элиты происходило как неотъемлемая часть общего процесса развития и укрепления
региональной и гражданской (политической) идентичности в Приднестровье.
Доказывается, что идентичность в Приднестровье формировалась на протяжении
длительного времени, что, в свою очередь, позволило к началу дезинтеграционных
процессов путем общественно-политической консолидации, в рамках различных
процедурсформироватьприднестровскуюполитическуюэлиту.Элитаи
идентичность взаимно дополняют друг друга; они получили серьезный импульс к
дальнейшему развитию после вооруженного конфликта 1992 г.; политическая
идентичность служит важнейшим источником для легитимного осуществления
элитой своих функций.
Вовторомпараграфе«Институционализацияполитическойэлиты
Приднестровья»рассматриваютсяособенностиразвитияприднестровской
политической элиты во взаимосвязи с другими политическими институтами в
период 1992–2000 гг. Обосновывается, что в данный период указанная группа
осознает свою самостоятельность и стремится решать стоящие перед ней задачи
через политические институты и органы государственной власти.
Анализируютсяфакторы,связанныесформированиемновыхканалов
рекрутирования приднестровской политической элиты, в частности, процесс
переориентации подготовкикадров на местные возможности, а такжес
особенностями и основными характеристиками партийной системы Приднестровья,
в числе которых её ситуативность, зависимость от электоральных циклов, привязка к
конкретным персоналиям, а также задействование базовых моделей, присущих
партийной системе России.
Проанализированы факторы, связанные с внутренней и внешней легитимностью
политической элиты Приднестровья, включая её субъектность в межэлитной
коммуникациичерезформатпереговорногопроцессапонормализации
региональной ситуации, а также через прямую двустороннюю межэлитную
коммуникацию с политическими элитами других государств.
Втретьемпараграфе«Самодостаточностьипрофессионализация
политическойэлитыПриднестровья»исследуютсяразличныепараметры
развитияприднестровскойполитическойэлитывпериод2000–2011гг.
Обосновывается, что данный период может рассматриваться как ключевой в
формировании собственно приднестровской политической элиты. Анализируются
такие тенденции в развитии политэлиты Приднестровья, как профессионализация,
большая закрытость, рост стремления и способностей к самовоспроизводству,
стремление крупного бизнеса делегировать во власть своих представителей.
Особое внимание уделяется формирование предпосылок для смены поколений в
приднестровской политэлите к 2006 г., что, однако, не было реализовано из-за
вмешательствавнешнегофактора,авдальнейшемданныйфактоказал
непосредственноевлияниенакачествоиэффективностьприднестровской
политэлиты и принимаемых ею решений.
Исследуются иные вопросы, связанные с попытками влияния на политэлиту
Приднестровья извне, в том числе с санкционным режимом, введенных против
приднестровского руководства со стороны европейских институтов и США в 2003 г.
В четвертом параграфе «Состояние приднестровской политической элиты
в контексте последних электоральных циклов. Изменения в политической
элите Приднестровья и перспективы ее развития» анализируется динамика и
тенденции развития политической элиты Приднестровья с 2012 г. до настоящего
времени, внутриэлитные кризисы, а также первые итоги нового электорального
цикла, начавшегося в Приднестровье в 2020 г.
Детально анализируется ситуация электорального цикла 2015–2016 гг., в ходе
которой произошел один из самых масштабных внутриэлитных конфликтов в
Приднестровье, который может быть охарактеризован как экстраполяция нескольких
региональных моделей, в частности, молдавской (украинской) и российской на
приднестровскуюполитическуюсистему.Преодолениекризисапозволило
стабилизировать внутриполитическую ситуацию, однако пока не даёт оснований
говорить о полном преодолении проблем во внутренней сфере, что наглядно
показали итоги парламентских выборов 2020 г.
Выявлено, что на протяжении рассматриваемого этапа получили развитие
существовавшие и сформировались новые тенденции в развитии приднестровской
политэлиты. В частности, установлено, что:
– развитие политэлиты Приднестровья в целом соответствует аналогичным
трендам на постсоветском пространстве;
– основными функциями политэлиты продолжают оставаться мобилизационная,
консолидирующая и лидерская, а также функция стратегического планирования, а в
условиях пандемии COVID-19 особую роль приобретает функция ситуативного
реагирования;
– важными каналами рекрутирования в приднестровскую политическую элиту
является крупный бизнес и правоохранительная система Приднестровья;
– приднестровская политическая элита по-прежнему испытывает серьезное
внешнее влияние, в том числе в связи с навязываемыми моделями региональной
интеграции, чем провоцируется внутриэлитный раскол;
– вызов пандемии предполагает принятие политэлитой непопулярных решений,
связанных с ограничениями прав и свобод человека, что может оказать негативное
воздействие на вторую часть электорального цикла в Приднестровье, связанного с
проведением президентских выборов в конце 2021 г.
Вработемотивированаограниченностьвозможногоиспользования
математическихкритериевкачества иэффективностиполитэлитыв силу
недоступности ряда статистических показателей Приднестровья и отсутствия
соответствующих расчетов (исчислений). В то же время в работе приводятся
графики, отражающие изменение динамики доверия таким институтам, как
президент, Верховный Совет, правительство и политические партии Приднестровья
в период 2009–2019 гг., которые, в сочетании с результатами избирательной
кампании 2020 г., свидетельствуют о падении доверия основным политическим
институтам.
В Заключении приводятся выводы, полученные по результатам исследования,
а также предлагаются конкретные рекомендации, реализация которых могла бы
способствовать преодолению тенденции к нарастающей закрытости политической
элиты, а также к политическому абсентеизму населения Приднестровья. В числе
таких рекомендаций приводятся целесообразность формирования кадрового резерва
в масштабах всей республики, а не отдельных ведомств; необходимость регулярного
мониторинга общественного мнения и учет его результатов в повседневной
деятельности политических институтов; обеспечение реальной применимости
законодательства об общественном контроле и активизация диалога с гражданским
обществом; пересмотр некоторых законодательных положений, принятых в
последние годы.
В Заключении также изложен ряд аспектов, связанных с востребованностью
политического опыта Приднестровья и полученных результатов исследования в
политической системе Российской Федерации. В частности, речь может также идти о
следующих вопросах:
1) в Приднестровье создано полиэтничное общество, где отсутствуют
межнациональные противоречия, причем основой этого общества в значительной
степени является русский язык, образование по российским стандартам и
ориентация большинства населения и политической элиты на Россию (одна из
составляющих приднестровской гражданско-политической идентичности);
2) на примере Приднестровья и его политэлиты можно прогнозировать
действия, которые могут быть предприняты внешними силами для достижения
своих целей. Так, персональные санкции против представителей приднестровской
политэлиты были применены Евросоюзом и США еще в 2003 г., а последующие их
действияповключениювсанкционныеспискиновыхпредставителей
приднестровского руководства или исключению из них кого-либо из ранее
включенных были ориентированы на раскол в приднестровской политической элите.
Санкции против приднестровского экспорта, введенные в 2006 г., были направлены
на усиление противоречий между приднестровским бизнесом и политической
элитой, вывод местного бизнеса из-под приднестровской юрисдикции;
3) в условиях глобализации приднестровскому населению (идентичности) и
политэлите удается, во-первых, сохранить связь друг с другом, во-вторых,
совместными усилиями не допускать размывания территориальной и политической
идентичности, сложившейся в республике;
4) с Приднестровьем связаны национальные интересы России в различных
сегментах,включаяполитический,военный,социально-гуманитарный,
инвестиционно-экономический и др. В этом плане анализ развития приднестровской
политэлиты, ее современное состояние и перспективы имеют для российской
стороны не только теоретическое, но и прикладное значение.