Этнокультурный и гендерный аспекты репрезентации бинарной оппозиции мужчина/женщина в языковом сознании носителей хакасского, русского и английского языков

ВВЕДЕНИЕ …………………………………………………………………………………………………………………………….4
ГЛАВА I. ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ИССЛЕДОВАНИЯ ЯЗЫКОВОГО СОЗНАНИЯ ………12
1.1. Языковое сознание и образ мира …………………………………………………………………………………12
1.2. Языковое сознание и его этнокультурная специфика …………………………………………………..20
1.2.1. Образ мира и этническая культура ……………………………………………………………………….20
1.2.2. Понятия «менталитет», «национальный характер», «этнический стереотип» …………25
1.2.3. Контрастивные этнопсихолингвистические исследования в условиях
межкультурного общения ……………………………………………………………………………………………..29
1.3. Гендерный аспект исследования языкового сознания …………………………………………………..36
1.3.1. Теоретико-методологический аспект современных гендерных исследований ………..36
1.3.2. Психолингвистические аспекты современных гендерных исследований ……………….45
ВЫВОДЫ ПО ПЕРВОЙ ГЛАВЕ ……………………………………………………………………………………………50
ГЛАВА II. ОППОЗИТИВНЫЕ ОТНОШЕНИЯ И ИХ ЯЗЫКОВАЯ РЕПРЕЗЕНТАЦИЯ В
СТРУКТУРЕ БИНАРНОЙ ОППОЗИЦИИ МУЖЧИНА/ЖЕНЩИНА В ХАКАССКОМ,
РУССКОМ И АНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКАХ……………………………………………………………………………….51
2.1. Оппозитивные отношения как средство категоризации образа мира и их языковая
репрезентация …………………………………………………………………………………………………………………..51
2.1.1. Категория противоположности как способ концептуализации мира ………………………51
2.1.2. Антонимия как часть лексико-семантической системы языка ……………………………….53
2.1.3. Бинарная оппозиция мужчина/женщина в системе антонимических ассоциативных
стратегий ………………………………………………………………………………………………………………………57
2.2. Этимологические аспекты развития семантики антонимической пары мужчина/женщина
…………………………………………………………………………………………………………………………………………60
2.3. Структура и содержание лексикографических значений антонимов мужчина/женщина
…………………………………………………………………………………………………………………………………………65
2.4. Соотношение лексикографических и психолингвистических значений слова ……………….75
ВЫВОДЫ ПО ВТОРОЙ ГЛАВЕ ……………………………………………………………………………………………78
ГЛАВА III. ПСИХОЛИНГВИСТИЧЕСКАЯ РЕПРЕЗЕНТАЦИЯ БИНАРНОЙ ОППОЗИЦИИ
МУЖЧИНА/ЖЕНЩИНА В ЯЗЫКОВОМ СОЗНАНИИ НОСИТЕЛЕЙ ХАКАССКОГО,
РУССКОГО И АНГЛИЙСКОГО ЯЗЫКОВ ……………………………………………………………………………80
3.1. Описание проведенного эксперимента и методов исследования …………………………………..80
3.2. Сопоставительный анализ ассоциативных полей компонентов антонимической пары
мужчина/женщина в языковом сознании носителей хакасского, русского и английского
языков ………………………………………………………………………………………………………………………………83
3.2.1. Динамика и этнокультурная специфика ассоциативных полей ИР/ИПЧI ……………….83
3.2.2. Динамика и этнокультурная специфика ассоциативных полей
МУЖЧИНА/ЖЕНЩИНА ……………………………………………………………………………………………..94
3.2.3. Динамика и этнокультурная специфика ассоциативных полей MAN/WOMAN ……102
3.2.4. Динамика и специфика структуры и содержания ассоциативных полей 1 и 2 в трех
лингвокультурах …………………………………………………………………………………………………………110
3.3. Психолингвистическое моделирование значений бинарной оппозиции
мужчина/женщина………………………………………………………………………………………………………….115
3.3.1. Психолингвистические значения антонимической пары ир/ипчi …………………………..116
3.3.2. Психолингвистические значения антонимической пары мужчина/женщина ……….121
3.3.3. Психолингвистические значения антонимической пары man/woman ……………………126
3.3.4. Особенности психолингвистических значений антонимов мужчина/женщина в
языковом сознании носителей хакасского, русского и английского языков …………………..133
3.4. Репрезентация гендерных стереотипов в хакасском, русском и американском языковом
сознании …………………………………………………………………………………………………………………………140
ВЫВОДЫ ПО ТРЕТЬЕЙ ГЛАВЕ …………………………………………………………………………………………157
ЗАКЛЮЧЕНИЕ …………………………………………………………………………………………………………………..163
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ …………………………………………………………………168
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ СЛОВАРЕЙ ……………………………………………………………………..188
СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ …………………………………………………………………………………………………..192
ПРИЛОЖЕНИЕ I …………………………………………………………………………………………………………………193
ПРИЛОЖЕНИЕ II ……………………………………………………………………………………………………………….197
ПРИЛОЖЕНИЕ III ………………………………………………………………………………………………………………207

Актуальность выявления этнокультурной специфики языкового сознания
разных лингвокультурных общностей привела к интеграции социологических,
психологических и лингвистических исследований в рамках психолингвистики.
Этнопсихолингвистическое направление способствует выявлению факторов,
препятствующих взаимопониманию в условиях межкультурной коммуникации.
Образы мужчины и женщины рассматриваются в нашей работе в единстве
социально-культурных и психолингвистических характеристик, отражающих
содержание и структуру вербальной и ассоциативной репрезентации гендера.
Выявленная высокая степень антонимической каноничности, составляющая
основу лексикографической дефиниции исследуемой бинарной оппозиции
мужчина/женщина в хакасском, русском и английском языках, свидетельствует о
прочной семантической связанности ее компонентов. Общность их
семантического ядра представлена в значении противопоставления мужчины и
женщины по биологическому полу, константах статуса жены для женщины и
роли мужчины как мужа.
Несоответствия в лексикографических значениях соответствующих
хакасских, русских и английских слов отражают субъективно-редуцированный
характер словарных репрезентаций и социально-экономические и историко-
культурные особенности России и США, что актуализирует
психолингвистический аспект исследования для минимизации коммуникативных
неудач при межкультурном общении.
Анализ шести ассоциативных полей, сформированных по итогам САЭ,
выявил наличие как общих, так и специфических особенностей репрезентации
образов мужчины и женщины в языковом сознании хакасов, русских и
американцев.
Общность стратегий ассоциирования у хакасских, русских и американских
респондентов на стимулы МУЖЧИНА и ЖЕНЩИНА заключается в более
высокой доле парадигматических реакций (60% и 62% соответственно – в русских
ассоциативных полях, 58% и 61% – в американских и 55% и 52% – в хакасских).
Её дифференциация выражена в когнитивных моделях «теплой» ассоциативной
связи с родителями в хакасских и русских АП: паба ‘отец’ (22% в АП ИР) и iӌе
‘мать’ (44% в АП ИПЧІ), отец (10% в АП МУЖЧИНА) и мать (18% в АП
ЖЕНЩИНА). В американском языковом сознании превалирует «холодная» или
нейтральная парадигматическая антонимическая модель: woman (18% в АП MAN)
и man (17% в АП WOMAN).
Универсальность выявленных психолингвистических значений отражает
константность традиционных гендерных стереотипов, связанных с: а) физической
и моральной силой мужчины и внешней красотой женщины; б) разделением
семейных ролей (отец/мать, муж/жена).
Этнокультурная специфика представлена в ассоциативных связях,
образующих как ядерные, так и периферийные зоны ассоциативных полей
оппозиции мужчина/женщина.
Так, в хакасском языковом сознании сохраняются архетипы традиционной
ментальности и культуры, проявляющиеся в: 1) высокой доле терминов родства
(53,5% парадигматических реакций), детализированных в разрезе возраста,
отцовской или материнской линии, а также маркеров принадлежности, что
свидетельствует о прочности этнокультурных констант традиционного
мировоззрения хакасов, в котором наивысшей ценностью является не
индивидуальная жизнь, а целостность семьи и рода; 2) актуализации образа Алыпа
как главного героя героических эпосов (0,2%→4%); 3) элементах традиционной
одежды мужчины и женщины и женской прически: чiбек хур ‘шелковый пояс в
мужской одежде’, поғо ‘пого (нагрудное женское украшение)’, сÿрмес ‘сюрмес
(множество косичек по плечам у девушек)’ и др. К отличительным особенностям
хакасского ЯС относится также актуализация ассоциаций хыйға и сағыстығ,
представляющих высокую оценку женского интеллекта (4%→13,5%).
Специфика русского языкового сознания в восприятии мужчины и
женщины заключается в: 1) сохранении доминирования реакций позитивных
оценок (54% в АП МУЖЧИНА и 57% в АП ЖЕНЩИНА); 2) акцентировании
физической и моральной силы мужчины (34%) и внешней красоты женщины
(23%); 3) актуализации мужской роли защитника (1%→10%); 4) динамике
гендерных стереотипов, связанных с описанием женщины как сильной,
независимой, умной и т.д. (3,5%→7,5%).
В американском языковом сознании к этнокультурным особенностям
анализируемой оппозиции относятся: 1) сохранность доминирования
ассоциативной схемы контраста, подчеркивающей противоположность по полу
(MAN←woman; WOMAN←man); 2) индикация анатомо-физиологических
особенностей, отличающих их друг от друга как биологический пол (9%
парадигматических реакций); 3) указание на нетрадиционную сексуальную
ориентацию или гомосексуальность (MAN←gay; WOMAN←lesbian); 4) наличие
прецедентных имен (MAN←James Bond, Heath Ledger, etc.; WOMAN←Beyonce,
Virginia Woolf, etc.); 5) стереотипные «мужские» образы ковбоя, дровосека и
пожарного; 6) индикация «вредных» мужских привычек (smoking, beer, drunk,
etc.); 7) высокий удельный вес реакций, обозначающих сильную, независимую и
умную женщину (14%).
Вариативность наполнения ассоциативных полей бинарной оппозиции
мужчина/женщина в трех лингвокультурах в значительной степени
обеспечивается их дифференцирующей этнокультурной спецификой, ярко
представленной через «сетку» гендерно-маркированных метафорических
номинаций, в основе которых лежат культурно-обусловленные зоонимы,
природные объекты и явления, часто отражающие соответствующие особенности
фауны и климата.
Специфика американской метафоризации отражает трансформации в
традиционной системе гендерной идентичности, включающей лиц обоего пола
гомосексуальной ориентации (MAN←bear; WOMAN←dove, dolphin) и зрелых
женщин, предпочитающих молодых мужчин (cougar, cheetah).
Хакасская этнокультурная специфика образной номинации связана с
традиционными архетипами женской красоты, ассоциированными с небесными
светилами (кÿн ‘солнце’, ай ‘луна’) и цветами (чахайах), а также традиционно
важной ролью коня (ат) для мужчины.
Особенности русской метафоризации связаны с использованием зоонимов,
характеризующих внешние и внутренние черты женщины (лебедь, лиса, кошка), и
фитонимов (береза, роза).
Сравнительный анализ доли типичных (традиционных) гендерных
стереотипов в соответствующих ассоциативных полях выявил их высокую
частотность в реакциях хакасских и русских респондентов, составляя 62,6% в АП
ИР и 64,8% в АП ИПЧI; 79,3% в АП МУЖЧИНА и 73,2% в АП ЖЕНЩИНА. Их
минимальная доля представлена в американских ответах: 35,7% в АП MAN и
31,6% в АП WOMAN. Это свидетельствует о более патриархальном характере
русской и хакасской лингвокультур, что находит также свое подтверждение в
высокой актуальности традиционных ассоциативных связей «мужчина – глава
семьи, добытчик» и «женщина – домохозяйка и хранительница очага». Для
американских респондентов характерна высокая доля нетипичных гендерных
стереотипов в сравнении хакасскими и русскими респондентами по отношению к
женщине (сильная, независимая, умная и др.).
Дифференциация мужских и женских ассоциативных полей обнаруживает
преобладание более стереотипного восприятия образов мужчины и женщины в
ассоциативном поведении респондентов женского пола в трех лингвокультурах
(РРж – 83,8% (РРм – 78,8%); ХРж – 72,7% (ХРм – 69,5%); АРж – 45% (ХРм –
43%), что способствует сохранению актуальности гендерных стереотипов.
Во всех лингвокультурах позитивные характеристики образов мужчины и
женщины представлены преимущественно в структуре мужских и женских
автостереотипов (ХРм – 14,5%12 / 0%, РРм – 24% / 0%, АРм – 12,2% / 0,7%; ХРж –
20,6% / 0%, РРж – 21,8% / 0,9%, АРж – 23,8% / 0%) в отличие от
гетеростереотипов, включающих более высокую долю типичных стереотипов
негативной оценки (ХРм – 23,3% / 1%, РРм – 26,2% / 2%, АРм – 13,2% / 2,3%;
ХРж – 18% / 3%, РРж – 23% / 2%, АРж – 19,2% / 1%).
В структуре автостереотипов акцентируются внешняя привлекательность
(РРж – 12%; ХРж и АРж – 9%) и интеллект (ХРж – 7%; РРж – 2%; АРж – 1,2%)
12
Приводится соотношение доли позитивных и негативных стереотипов соответственно.
женщины, мужские социальные роли добытчика (ХРм – 7%; РРм – 3,2%; АРм –
1,5%) и защитника (РРм – 5,5%; ХРм – 1,5%; АРм – 0,9%). В структуре
гетеростереотипов в характеристике мужчины присутствуют указание на его силу
(РРж – 15%; ХРж – 14%; АРж – 8%) и лидерские способности (РРж – 1,8%; АРж –
1,4%; ХРж – 0,3%). Гетеростереотипы о женщине содержат роль жены (РРм – 5%;
ХРм – 3%; АРм – 2,3%) и душевные качества позитивной оценки, связанные с
нежностью, мягкостью и добротой (РРм – 6,4%; АРм – 2%; ХРм – 1,2%).
Осмысление полученных результатов по выявлению особенностей
этнокультурной и гендерной специфики репрезентации оппозиции
мужчина/женщина в языковом сознании носителей хакасского, русского и
английского языков позволяет наметить перспективы дальнейшей работы. Они
связаны с более глубоким изучением динамики гендерных стереотипов в России и
США в контексте развития гендерного равенства как одной из глобальных целей
устойчивого развития ООН. Важным также представляется привлечение
различных дискурсов и дополнительных методов, включая проведение серии
повторных психолингвистических экспериментов, что, несомненно, может
оказаться полезным для оптимизации межкультурного взаимодействия и развития
лексикографической практики.