![](https://expert-mik.ru/wp-content/themes/24author/assets/img/work/work-img.png)
Использование «цифровых» доказательств в уголовном процессе
САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ
АННОТАЦИЯ
выпускной квалификационной работы
студента магистратуры
по программе «Уголовный процесс, криминалистика и теория оперативно-розыскной деятельности»
ФИО: Правошинская Алена Александровна
Тема работы: «Использование «цифровых» доказательств в уголовном процессе»
Цель исследования: рассмотрение проблемных вопросов, связанных с особенностями использования цифровой информации в качестве доказательств по уголовным делам, которые возникают как в рамках теоретической деятельности, так и в ходе практического применения положений процессуального закона.
Задачи исследования:
1) Определить правовую сущность и значение цифровой информации как неотъемлемой части современного мира;
2) Проанализировать различные подходы к определению правовой природы «цифровых доказательств» и их места в системе уголовно-процессуального доказывания;
3) Рассмотреть особенности использования цифровой информации в качестве доказательств по уголовному делу;
4) Предложить пути и способы совершенствования уголовно-процессуального законодательства в части собирания и использования в процессе доказывания цифровой информации.
Основные выводы, сделанные по результатам исследования:
1. Современные условия существования обществастановятся причиной возникновения правовых проблем, в связи с чем деятельность, связанная с использованием информационных технологий, не может и не должна оставаться вне правового регулирования.
2. Предлагаемый для внесения в УК РФ И УПК РФ термин «цифровая информация», под которой следует понимать «сведения (сообщения, данные), представленные в виде последовательности цифр и обращающие в информационно-телекоммуникационных устройствах, их системах и сетях»,в большей степени соответствует современному положению вещей и отражает реальное состояние информационной среды. Основываясь на указанных особенностях цифровой информации, ее можно классифицировать в зависимости от формы представления и виданосителя.
3. Категорию «цифровая информация» необходимо выделить в уголовно-процессуальном законе в качестве отдельного вида доказательств. Данный подход позволит конкретизировать особенности процедур и порядка обращения с данным видом информации, т.к. указанные моменты в настоящее время в уголовно-процессуальном законе не урегулированы, что находит негативное отражение в судебной практике.
4. Т.к. содержащийся в УПК РФ термин «электронный носитель информации» не отражает всего разнообразия существующих в настоящее время носителей информации и их видов, что отрицательным образом сказывается на судебной практике, в законе следует закрепить понятие «цифровой носитель информации», учитывающее все возможные виды информации, которые могут быть использованы в качестве доказательств по уголовном делам.
5. В каждом отдельном случае следователь должен самостоятельно принимать решение о необходимости участия специалиста в следственном действии, в рамках которого осуществляется изъятие электронного носителя, что подтверждается судебной практикой и должно быть зафиксировано в законе.
6. В уголовно-процессуальном законе необходимо закрепить отдельный вид следственного действия (к примеру, экспертизу цифровой информации), при производстве которого учитывались бы особенности цифровой информации, а также была возможность осуществления поиска, извлечения и анализа цифровых сведений.
Активное развитие различных компонентов информационной среды, распространение инновационных технологий и глобализация компьютерных сетей с каждым днем оказывают все большее воздействие практически на все сферы общественной деятельности. Показательным является тот факт, что за последние девять лет количество пользователей сети «Интернет» только на территории Российской Федерации выросло почти на пятьдесят процентов: в 2017 году аудитория пользователей данной сети составила 87 миллионов человек в возрасте от шестнадцати лет и старше.
Подобное влияние современных технологий несет за собой как позитивные, так и негативные последствия. С одной стороны, широкое внедрение средств информатизации позволяет расширить границы человеческих возможностей, способствует процессу глобализации. С другой стороны, использование инновационных технологий подчас может приобретать признаки противоправности и общественной опасности, т.е. стать преступным.
Безусловно, указанные выше условия существования современного общества становятся причиной возникновения огромного количества проблем, в том числе, правовых, в связи с чем деятельность, связанная с использованием информационных технологий, не может и не должна оставаться вне правового регулирования. Стоит признать, что при решении соответствующих правовых проблем речь должна идти как о реформировании национального законодательства, так и о развитии сферы международного сотрудничества.
Одним из первых шагов к укреплению международного взаимодействия в сфере борьбы с преступлениями, связанными с использованием информационных технологий, является подписание в 2001 году «Европейской конвенции по киберпреступности» (далее – Конвенция о киберпреступности), в которой говорится об опасности компьютерных сетей и электронной информации, которые могут использоваться для совершения преступлений и сокрытия доказательств. На настоящий момент Российская Федерация не является участником данной Конвенции, но некоторые ее положения (к примеру, ст.9 Конвенции, в которой идет речь о преступлениях, связанных с детской порнографией)все же были восприняты российским законодателем и имплементированы, в частности, в Уголовный кодекс РФ (далее – УК РФ).
Несмотря на указанную выше тенденцию законодателя «идти в ногу со временем», уголовно-процессуальное законодательство долгое время находилось на уровне советского регулирования и не учитывало специфику новых видов информации, что создавало определенные трудности у правоприменителей.
Изменения уголовно-процессуального закона, которые были приняты в 2012 году и дополнены законодателем в конце 2018 года, определенным образом урегулировали способы получения «цифровых доказательств», в частности, был установлен порядок изъятия электронных носителей информации, а также определены условия копирования необходимых сведений, которые содержатся на изъятых электронных носителях. Тем не менее, как показала проанализированная в рамках настоящего исследования судебная практика, соответствующие положения Уголовно-процессуального кодекса РФ (далее – УПК РФ) не учитывают всех особенностей цифровой информации, поэтому правоприменителю ничего не остается, кроме как расширительно толковать действующие положения процессуального закона. В настоящем исследовании обосновывается позиция, в соответствии с которой действующие положения уголовно-процессуального закона не отвечают современным реалиям и могут распространяться далеко не на все виды цифровой информации.
Следует признать, что российский законодатель не всегда своевременно реагирует на изменения, которые происходят в сфере информации и инновационных технологий, что приводит к возникновению пробелов в законе и появлению существенных проблем на практике. Без сомнений, уголовно-процессуальное регулирование должно учитывать признаки и специфические черты цифровой информации, для того чтобы ее можно было использовать в процессе доказывания.
Целью настоящего исследования является рассмотрение проблемных вопросов, связанных с особенностями использования цифровой информации в качестве доказательств по уголовным делам, которые возникают как в рамках теоретической деятельности, так и в ходе практического применения положений процессуального закона.
Для достижения поставленной цели в рамках исследования обозначены следующие задачи:
Определить правовую сущность и значение цифровой информации как неотъемлемой части современного мира;
Проанализировать различные подходы к определению правовой природы «цифровых доказательств» и их места в системе уголовно-процессуального доказывания;
Рассмотреть особенности использования цифровой информации в качестве доказательств по уголовному делу;
Предложить пути и способы совершенствования уголовно-процессуального законодательства в части собирания и использования в процессе доказывания цифровой информации.
Таким образом, структура настоящей работы построена в соответствии
с поставленными целями и задачами исследования.
Первая глава настоящей работы посвящена выявлению правовой природы и значению цифровой информации, которая является важной составляющей практически любого вида деятельности в современном мире. Особое внимание уделяется позициям ученых, которые содержатся в доктрине и посвящены значению термина «цифровая информация», ее разновидностям и роли для общества.
Кроме того, в исследовании выявляются характерные признаки и отличительные черты так называемых «цифровых доказательств», в связи с чем ставится вопрос о месте цифровой информации в действующей системе доказательств, закрепленной в уголовно-процессуальном законе.
Во второй главе настоящей работы рассматриваются действующие положения уголовно-процессуального закона, касающиеся порядка и условия использования цифровой информации в процессе доказывания, основными стадиями которого являются собирание, проверка и оценка доказательств. При этом приводятся результаты обобщения судебной практики, которые наглядным образом демонстрируют применение соответствующих положений УПК РФ.
В качестве теоретической основы исследования были использованы работы следующих ученых: А. С. Александрова, А. П. Вершинина, В. Б. Вехова, Л.В. Головко, А.И. Зазулина, Н. А. Зигуры, Н. А. Иванова, И.И. Карташова, Н. П. Кирилловой, В.В. Клевцова, С. П. Кушниренко, Л. Б. Красновой, С. И. Кувычкова, Т. Э. Кукарниковой, В.А. Мещерякова, А. Л. Осипенко, А.Н. Першина, А.В. Рыбина, Ю.Н. Соколова, М. В. Старичкова, М.С. Строгоновича, А. В. Ткачева и других.
В качестве эмпирической основы исследования были использованы результаты обобщения практики судов по уголовным делам, в процессе расследования которых возникала необходимость в использовании цифровой информации в качестве доказательств. Стоит отметить, что в рамках анализа практики правоприменения за основу брались судебные решения, принятые после внесения первоначальных изменений в уголовно-процессуальный закон в 2012 году.
В результате проведенного исследования были сделаны следующие выводы:
Активное развитие различных компонентов информационной среды, глобализация компьютерных сетей и иные условия существования современного общества становятся причиной возникновения огромного количества правовых проблем, в связи с чем деятельность, связанная с использованием информационных технологий, не может и не должна оставаться вне правового регулирования.
Информационные технологии достигли довольно высокого уровня развития и распространения, в связи с чем нельзя полностью описать их наполнение, использовав термины «машинная информация» или «компьютерная информация», содержащиеся в отдельных нормативных правовых актах РФ и работах некоторых исследователей. Предлагаемый нами для внесения в УК РФ И УПК РФ термин «цифровая информация», под которой следует понимать «сведения (сообщения, данные), представленные в виде последовательности цифр и обращающие в информационно-телекоммуникационных устройствах, их системах и сетях», учитывает специфические черты данного вида информации, в большей степени соответствует современному положению вещей и отражает реальное состояние информационной среды.
С развитием современных технологий появилось большое количество различных форм цифровой информации, ее носителей. В связи с этим, можно классифицировать цифровую информацию, основываясь на таких критериях, как форма представления информации и виды ее носителей. В то же время, категория «электронный документ» представляет собой лишь вид цифровой информации, т.к. является формой ее представления, поэтому соответствующие понятия соотносятся как общее и частное.
Результаты анализа судебных решений, а также изучение различных позиций исследователей показали, что на практике не выработан единый подход к отнесению цифровой информации к тому или иному виду доказательств, перечень которых зафискирован в уголовно-процессуальном законе. Исходя из наличия особых признаков и характерных черт, цифровую информацию действительно трудно соотнести с каким-либо видом доказательств.
Во-первых, цифровая информация не может быть отнесена к категории «вещественных доказательств», т.к. позиция, в соответствии с которой цифровая информация приравнивается по правовому статусу к электронным носителям информации, и поэтому считается вещественным доказательством в силу закона, является некорректной.
Во-вторых, цифровая информация не может быть отнесена к категории «иные документы», т.к. не все ее виды могут быть переведы в форму документа и не всегда у правоприменилетей есть возможность получить доступ к носителю соответствующей цифровой информации, что усложняет вопрос оценки соответствующего доказательства с точки зрения допустимости и достоверности.
В-третьих, цифровая информация не может быть получена в качестве доказательства по тому или иному уголовному делу как результат осмотра электронного носителя информации, т.к. цели и характерные признаки данного следственного действия не соответствуют признакам такого действия, как извлечение необходимых сведений из их электронного носителя.
Таким образом, категорию «цифровая информация» необходимо выделить в уголовно-процессуальном законе в качестве отдельного вида доказательств, что позволит конкретизировать особенности процедур и порядка обращения с данным видом сведений,т.к. указанные моменты в настоящее время в уголовно-процессуальном законе не урегулированы.
Результаты обобщения практики судов по уголовным судам показали, что у правоохранительных органов отсутствует единый подход к толкованию термина «электронный носитель информации», который был зафиксирован в уголовно-процессуальном законе в 2012 году. Т.к. указанный термин не отражает всего разнообразия существующих в настоящее время носителей информации и их видов, в УПК РФ следует закрепить понятие «цифровой носитель информации», которое учитывало бы все возможные виды информации, которые могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу. Данный подход позволит правоохранительным органам одинаково определять правовой статус того или иного объекта, а также приведет к унификации судебной практики.
Законодатель при регламентации порядка собирания «цифровых доказательств» в качестве обязательного условия зафиксировал участие специалиста. В настоящем исследовании обосновано, что такое участие специалиста требуется не во всех случаях изъятия электронных носителей информации. Данный довод подтверждается результатами анализа судебной практики. Таким образом, в каждом отдельном случае следователь должен самостоятельно принимать решение о необходимости участия специалиста в следственном действии, в рамках которого осуществляется изъятие электронного носителя, что должно быть зафиксировано в законе.
Действующий уголовно-процессуальный закон не содержит следственных действий, подходящих по своей сути для поиска и извлечения цифровой информации, что приводит к расширительному толкованию действующих положений УПК РФ, касающихся производства отдельных следственных действий и отсутствию единого подхода к данному вопросу на практике. Таким образом, в законе необходимо закрепить отдельный вид следственного действия, при производстве которого учитывались бы особенности цифровой информации, а также была возможность осуществления поиска, извлечения и анализа цифровых сведений. К примеру, такое следственное действие как экспертиза цифровой информации.
Для использования в качестве доказательства по уголовному делу цифровая информация должна быть получена с соблюдением процессуального порядка, установленного в УПК РФ. При этом соответствующие «цифровые доказательства» и его источники должны быть проверены и оценены с точки зрения относимости, допустимости, достоверность, а в совокупности с другими доказательствами – достаточности для разрешения уголовного дела.
Таким образом, стремление и желание российского законодателя «идти в ногу со временем», явно не соотносятся со стремительным развитием современных технологий, в связи с чем в российское законодательство с существенным опозданием вводятся необходимые изменения, что приводит к появлению правовых пробелов и неопределенностей в правовом регулировании.
Предлагаемые нами изменений уголовно-процессуального закона позволят должны образом регламентировать четкий порядок использования цифровой информации в качестве доказательств по уголовным делам, что будет являться основой для унификации практики правоприменения.
![](https://expert-mik.ru/wp-content/themes/24author/assets/img/signup-document.png)
Последние выполненные заказы
Хочешь уникальную работу?
Больше 3 000 экспертов уже готовы начать работу над твоим проектом!