![](https://expert-mik.ru/wp-content/themes/24author/assets/img/work/work-img.png)
Место крупного бизнеса во внешнеполитическом процессе России
В работе проводится анализ места крупного бизнеса в процессе принятия внешнеполитических решений в РФ на основе метода case-study. Проводится оценка теорий международных отношений, специализирующихся на определении роли и доли государственных и негосударственных авторов ППВР, в особенности уделено особое внимание бизнес-структурам. В исследовании выполнен анализ нормативно-правовой базы внешней политики РФ на предмет упоминания бизнес-структур как важного элемента ППВР или его инструмента. Проанализирована роль в достижении крупным бизнесом внешнеполитических целей за счет неформальных связей представителей бизнес-структур с влиятельными внешнеполитическими ведомствами, а также с Президентом РФ. С помощью кейсов развития Северного морского пути, строительства Северного потока-2 и закрытия международных авиаперевозок в условиях пандемии Covid-19, более подробно оценивается взаимодействие крупного бизнеса и государства в ППВР, а также инструментарий участников этого процесса.
В первых разделах Концепции внешней политики РФ, принятой в 2016 году, дается развернутая характеристика международных отношений, сложившихся в современном мире и в которых Россия стремится занять одно из ведущих мест. Способы и участники, с помощью которых Россия планирует это сделать, претерпели существенную эволюцию по сравнению с Концепциями 2013 и 2008 годов.
Так, при во многом идентичных целях – защита национальных интересов и безопасности, многополярность в международных отношениях – способы их достижения варьировались от методов многосторонней дипломатии и обеспечения многовекторности до наращивания силового потенциала из-за роста фактора силы в МО.
Вместе с тем, участники эти процессов также меняются. При сравнении Концепций можно отметить конкретизацию участников внешнеполитических процессов (ВП) и процессов принятия внешнеполитических решений (ППВР). Если ранее в Концепциях говорилось о важности общего подхода к ведению внешней политики в области социального, экономического, политического взаимодействия, а также сотрудничества в области безопасности, то в более современной концепции 2016 года указано, что этот процесс конкретно обеспечивают государственная власть, институты гражданского общества, научные круги, религиозные организации и бизнес-сообщества.
Популярность политики санкций, свойственная современным международным отношениям, так же начинает затрагивать все большее количество негосударственных акторов международных отношений. В частности, западные санкции в отношении России все чаще распространяются не только на государственных деятелей, но и на представителей бизнеса или на конкретные компании: в санкционные списки стали попадать такие компании, как Роснефть, Газпром, Транснефть и т.д.
Представленные выше тенденции делают актуальным исследование места негосударственных акторов международных отношений, в том числе степень влияния бизнеса на ППВР.
Основными терминами данной работы являются:
Крупный бизнес – предприятия и организации с большим количеством собственных ресурсов, с государственной, частной или частно-государственной формой владения, масштабным товарооборотом, высоким уровнем капитализации, международным компонентом в деятельности, уровнем годового дохода от 1 млрд долларов, штатом сотрудников более 5000 человек.
Процесс принятия внешнеполитического решения – процесс формирования конкретного решения в той или иной внешнеполитической области с привлечением различных участников и использовании конкретных способов на основе суммы интересов индивидов, групп, коалиций, и затрагивающего национальные интересы государства.
Место в системе принятия внешнеполитических решений – позиция тех или иных индивидов, групп, коалиций, объединений в системе и по отношению к ПВР, а также их способность с помощью конкретных инструментов и способов повлиять на изменение определенного внешнеполитического решения.
Цель работы – выявить место крупного бизнеса в системе принятия внешнеполитических решений в РФ. Для достижения цели работы необходимо выполнить следующие задачи:
Проанализировать основные общепринятые теории и концепции, в которых проводится анализ специфики взаимодействия государства и бизнеса во внешней политике, его роли и месте в ППВР.
Оценить общепринятые теории и концепции, исследующие взаимодействие между государством и бизнесом во внешней политике на предмет релевантности постсоветской и современной российской практике.
Изучить российский теоретический подход к оценке роли и места бизнеса в ППВР России, выделить в нем основные характеристики ППВР и место в нем негосударственных акторов.
Выделить особенности устройства системы принятия внешнеполитических решений в РФ: нормативно-правовое обеспечение, особенности взаимодействия основных участников.
Определить способы влияния крупного бизнеса на ППВР в России.
На примере конкретных кейсов подробнее проанализировать теоретические основы взаимодействия крупного бизнеса и государства в ППВР, определить способы влияния крупного бизнеса на ППВР, условия, при которых представители крупного бизнеса могут стать неотъемлемой частью ППВР.
Объектом исследования является крупный бизнес в РФ.
Предмет исследования – место крупного бизнеса в системе принятия внешнеполитических решений в РФ.
Источниковую базу настоящего исследования можно разделить на несколько групп:
Нормативно-правовая база РФ в области внешней политики. На основе Конституции РФ, концепций внешней политики, соответствующих теме работы указов Президента, Положение о МИД РФ и др. автор делает выводы о роли конкретных государственных акторов во внешней политике России, о степени влияния на них конкретных участников, о месте крупного бизнеса как негосударственного актора в вопросах влияния на принятия решений в этой сфере.
Публикации в СМИ стали одной из основ сбора информации о ходе анализируемых в главе 3 кейсов о проектах по освоению Северного морского пути, строительства Северного потока – 2, закрытия международных направлений для выполнения рейсов гражданской авиации.
Статистические данные Eurostat, Международной организации гражданской авиации, Министерства транспорта РФ для анализа рентабельности освоения ресурсной базы северных регионов России в рамках проекта по развитию СМП, а также для характеристики масштаба потерь для авиационного бизнеса в условиях закрытия границ в период пандемии коронавируса.
Находящиеся в открытом доступе документы внутренней переписки ООО «Воздушные Ворота Северной Столицы» с государственными органами, ответственными за открытие международных направлений для выполнения рейсов гражданской авиации с целью выявления способов и каналов влияния бизнеса на решение государства о возобновлении международного авиасообщения.
Официальные выступления государственных лиц и представителей крупного бизнеса на тему вовлеченности крупного бизнеса в ППВР для оценки дискурса вокруг темы исследования.
Степень разработанности темы достаточна в зарубежных исследованиях ППВР европейских стран и США, но для российского исследователя все еще ориентирована на рефлексию советского опыта и поиск способов оценки и прогнозирования ППВР в условиях закрытости системы. Для разрешения этого противоречия был проведен анализ соответствующей литературы, которую можно разделить на следующие блоки:
Зарубежные теоретические исследования в области международных отношений – работы в рамках реалистской парадигмы, в частности, посвященные концепции Innenpolitik в рамках теории неоклассического реализма авторства Роуза Г., Рипсмана Н., Лобелла С. и Талиаферро Д. перечисленные исследователи одними из первых в своих работах начали анализировать других внутренних сил, кроме государственных институтов, в ППВР. Также в этом блоке проанализированы работы авторов в рамках либеральной парадигмы МО, в особенности в рамках неоклассического институционализма. Такие исследователи, как Д. Най, Р. Кохейн в своих работах отстаивали один из принципов гарантии добрососедских отношений между государствами, основанный на увеличении взаимозависимости и взаимовыгодности международного сотрудничества за счет вовлечения в ППВР как можно большего количества как государственных, так и негосударственных акторов. В рамках этого блока также рассмотрены несколько подходов. Это Foreign Policy Analysis (анализ внешней политики), более предметно сфокусированный исключительно на ППВР. Его основатели – Г. Элисон, В. Хадсон, Р. Снайдер – предлагают сфокусироваться на декомпозиции внешнеполитического решения и отказаться от государствоцентричности ППВР, предлагая другие акторы – представителей бизнеса, научной сферы. Подход, основанный на единицах принятия решений (decision unit approach) под авторством Д. Хагана, в рамках которого ППВР также раскладывается на составляющие и имеет тесную связь с удовлетворением различных групп интересов внутри государства. На основе перечисленных работ проводится аналитика соответствия данных теоретических подходов и концепций российской действительности, а также предлагается оценить представление зарубежных исследователей о ППВР в России. Так, выделены работы С. Файнштайна и Д. Балдони, основным выводом которых стали заключение о следовании реалистской парадигме в российской практике ППВР. В целом, исследователи в данном блоке считают ППВР в общем смысле, и ППВР в России – в частности, подведомственным исключительно государственным органам и сильному лидеру, а интересы крупных заинтересованных групп, в том числе бизнеса, учитываются лишь по причине риска потерять внутриполитическую поддержку таких кругов.
Следующий блок литературы – вклад российских исследователей в теории, анализирующие ППВР в России. В данном блоке исследователи, наоборот, не соглашаются с ограниченным представлением о ППВР в России как подчиняющейся воле исключительно государственных институтов ППВР, и направлены на критику в этом вопросе. Так, подобная критика ограниченности реалистического подхода в исследовании ППВР в России представлена в работе Т. Романовой «Неоклассический реализм и современная Россия». Конкретные предложения по теоретическому обеспечению современной практики ППВР в России и роли бизнеса в нем можно найти в работе А. Сергунина «Explaining Russian Foreign Policy Behavior». В частности, автор особенно отмечает бизнес-сообщества в сфере энергетики, транспорта, военной промышленности как неотъемлемые части ППВР в России. Эту тему продолжают исследователи, развивающие концепцию неопатримониализма С. Эйзенштадта, как, например, В. Гельман в своей работе «“Порочный круг” постсоветского неопатримониализма». В ней исследователь говорит о сложившейся в современной России практике ограниченного доступа и круга лиц в ППВР, участники которого представлены в высшем государственном эшелоне и приближенном к нему кругу влиятельных представителей заинтересованных групп (в т.ч. и бизнес-сообществ), которые зачастую закрыты для обновления. В. Аверков в своей работе «Принятие внешнеполитических решений в РФ» поддерживает эту мысль, дополняя ее тезисом о контролируемой искусственно созданной конкуренции между негосударственными акторами ППВР, необходимой государственной власти для сохранения независимой позиции в данном вопросе. В целом, российские исследователи все больше отмечают тенденцию роста влиятельных негосударственных акторов на ППВР в России, в том числе отдельно – бизнес-сообществ, пытаясь спрогнозировать дальнейший рост этого влияния и как он может изменить сложившуюся систему ППВР.
Отдельное внимание уделено аналитическим докладам Коммуникационного холдинга Minchenko Consulting, который специализируется на аналитике в области ближайшего круга лиц, ответственного за принятие решений в РФ, его составе, причинах его изменений. В частности, в докладах оценивается влияние участия в так называемом Политбюро 2.0. представителей крупного бизнеса, заинтересованных в получении прибыли от высокопотенциальных международных проектов.
Совокупность методов, применяемых в исследовании, определяется его темой и теоретической базой. Помимо общенаучных методов (обобщение, сравнение, анализ и синтез), используются и более специальные. Так, основной методологией исследования является case-study. На основе анализа конкретных кейсов о вовлеченности бизнеса в ППВР в России есть возможность более подробно проверить актуальность для российского ППВР современных теорий и концепций в этой области, а также на основе практических примеров проверить уровень взаимодействия государства и бизнеса во внешней политике в условиях совпадения интересов, их расхождении, а также ситуации использования ресурсов каждой из сторон в интересах друг друга.
Исследование разделено на 3 главы, в первой из которых проводится анализ вклада зарубежных и российских исследователей в развитие теорий и концепций ППВР, во второй – оценивается роль основных участников ППВР в России и место крупного бизнеса среди них, а в третьей главе более подробно проводится разбор взаимодействия государства и крупного бизнеса во внешней политике на конкретных кейсах.
Место крупного бизнеса в процессе принятия внешнеполитических решений в России определяется по многим параметрам.
Во-первых, его местом в теоретическом дискурсе о негосударственных акторах-участниках ППВР. Рассмотренные в данном исследовании теории реалистской и либеральной парадигмы международных отношений, подходы к анализу внешней политики показали, что теории авторства зарубежных исследователей не могут быть однозначно применимы к ППВР в России. Требуется экспертиза и адаптация этих теорий для российской практики, что и стало основой для теории неопатримониализма, например.
Во-вторых, местом бизнеса в нормативно-правовом поле, регулирующем международные отношения. Так, при анализе законодательной базы в этой сфере, было определено, что упоминание роли бизнеса как инструмента достижения определенных целей во внешней политике можно найти в большинстве документов. Учитывая выявленную определяющую роль в ППВР Президента РФ и необходимость иметь канал связи с лидером государства для отстаивания внешнеполитических интересов, крупный российский бизнес, располагающий таким инструментом, занимает важное место в сфере формирования внешнеполитического курса.
Таким образом, можно сделать несколько более подробных выводов о месте крупного бизнеса в ППВР в РФ:
Теоретические подходы, изучающие роль и место негосударственных акторов, в том числе и крупного бизнеса, популярны в российской и зарубежной научной сфере. По итогам исследования можно сделать вывод, что теории, концепции и подходы к изучению ППВР стремятся анализировать не только уже готовое внешнеполитическое решение и его результат, но и процесс его оформления. Так, зарубежные авторы неоклассического реализма, неолиберального институционализма, анализа внешней политики, подхода на основе единиц принятия решений, в общем и целом, склонны высоко оценивать роль и место внутригосударственных факторов и таких влиятельных групп, как крупный бизнес, на ППВР. При этом такие зарубежные исследователи, как Д. Балдони и С. Файнштайн склонны видеть в российском ППВР исключительно волю высших государственных органов, а плюрализм мнений представителей других влиятельных сил внутри страны предпочитают не учитывать, так как, по их мнению, закрытость ППВР в России не допускает к процессу представителей гражданского общества. С этим утверждением не соглашаются российские исследователи, отмечающие рост роли в ППВР крупных влиятельных групп, в том числе представителей бизнеса. Даже несмотря на вывод о закрытости системы ПВР в России, исследователи склонны утверждать, что ответственным за ПВР лицам приходится учитывать интересы крупного бизнеса, особенно с международным компонентом, из-за необходимости сохранять баланс его удовлетворенности. Это становится необходимым в условиях, когда такие влиятельные группы, как крупный бизнес, генерируют существенную прибыль для государства в том числе, и внимание к его интересам важно для сохранения внутреннего согласия между ним и государственной властью. К тому же, зачастую, крупный бизнес оказывает мощную поддержку государству и политическому режиму.
Упоминание бизнес-структур как влиятельной силы в ППВР в нормативных документах РФ. Так, в Концепции внешней политики 2016 года, соответствующих указах Президента, Концепции государственной политики РФ в сфере содействия международному развитию напрямую упоминается роль бизнес-структур в осуществлении единого подхода в МО и достижении государственных интересов РФ. Транспортный кейс о закрытии международных направлений для выполнения рейсов гражданской авиации и назначение ПАО Аэрофлот одним из ответственных исполнителей задач по доставке граждан России на родину из-за рубежа, что закреплено было в соответствующем решении Координационного совета при правительстве РФ, является подтверждением этого тезиса.
Приближенность к лидеру государства является определяющей в попытке со стороны крупного бизнеса повлиять на ППВР. Анализ государственных институтов ПВР в России показывает, что большинство из них напрямую подчиняются Президенту или отчитываются перед ним. Таким образом, крупному бизнесу необходимо либо иметь представительство в соответствующих государственных органах, либо поддерживать неофициальные связи с лидером государства. И то, и другое свойственно для системы ПВР России, что к примеру, подтверждается членством И. Сечина в комиссии ТЭК при Президенте РФ, а также наличие относительно негласного понятия «Политбюро 2.0», где как минимум четверть приближенного к Президенту кругу лиц составляют представители крупного бизнеса РФ.
Бизнес и государство используют ресурсы друг друга для достижения своих интересов. На основе анализа кейсов Главы 3 важно отметить, что не только бизнес стремится к удовлетворению своих интересов, используя государственные рычаги в ППВР, но и государство апеллирует к бизнесу, стремясь сохранить баланс как во внешней, так и во внутренней политике. Доказательством этому служит кейс «Северный морской путь – взаимодействие власти и бизнеса»: крупный российский бизнес одним из первых получает доступ к масштабным потенциальным проектам, имеющим международный компонент, а затем контролирует постепенное внедрение в него зарубежных участников, тем самым сохраняя контроль и главенство интересов государства в этой области.
На основе этих критериев можно сделать вывод о существенном влиянии крупного бизнеса на ППВР в России, значительном его присутствии в ППВР, касающегося влиятельных международных проектов с его непосредственным участием.
![](https://expert-mik.ru/wp-content/themes/24author/assets/img/signup-document.png)
Последние выполненные заказы
Хочешь уникальную работу?
Больше 3 000 экспертов уже готовы начать работу над твоим проектом!